Выезд на дом врача
в течение 30-60 минут
по Москве и
Московской области!
Служба
поддержки +7(963)772-63-99

Центр реабилитаци наркозависимых -> Игровая зависимость -> Идеаторная модель зависимости

МОТИВИРОВКА

Приобщение к азартным играм зачастую тесно связано с мотивацией на быстрый, легкий заработок, с переоценкой роли денег в жизни. Чаще первые пробы игры проходили в компании с целью развлечения, структурирования свободного времени. Первые небольшие выигрыши впечатляли и вселяли оптимизм относительно последующей игры, оставались в памяти надолго. По мере формирования зависимости доминирующей мотивировкой становилась снятие дискомфорта от вынужденного, по тем или иным причинам, воздержания от игры. Не менее значимой мотивировкой выступала «игра как способ бежать от проблем».

МАНИФЕСТАЦИЯ

У больных, страдающих игровой зависимостью без сочетанной патологии и сочетанной зависимости от психоактивных веществ, игровая зависимость манифестирует достоверно раньше.

СТАНОВЛЕНИЕ

Длительность эпизодического участия в азартных играх составляет от 6 до 9 месяцев. Сроки формирования абстинентного синдрома после начала систематической игры от 1,5 до 2-х лет.

ТОЛЕРАНТНОСТЬ

Толерантность быстро нарастает и является самой высокой. Для того чтобы начать игру каждый раз требуется все больше и больше средств для удовлетворения патологического влечения. Больные просто не начинают играть, не имея при себе необходимого им количества денег. В процессе игры наступала полная потеря количественного контроля. Если в этом состоянии (вне стационара) пациент находил деньги и возобновлял игру, указанные расстройства купировались (что клинически напоминает опохмеление при зависимости от алкоголя). Другим проявлением абстинентного синдрома выступал симптом интолерантности при длительном игровом запое. Даже при наличии денег пациенты не шли отыгрываться, объясняя это невозможностью получить удовольствие от игры.

АБСТИНЕНТНЫЙ СИНДРОМ

Преобладает депрессивный вариант игрового абстинентного синдрома. Он включает выраженные депрессивные, инсомнические расстройства, тревогу, влечение к игре. Депрессивные расстройства выражались сниженным настроением, с невыраженной лабильностью или ее отсутствием, замедлением мыслительных процессов, моторной заторможенностью. В большинстве случаев в структуре депрессивных расстройств возникали временные (около суток) неярко выраженные явления дереализации с растерянностью, некоторым двигательным беспокойством, тревогой. Отмечалась беспомощность, выраженный аффект недоумения. В стационаре наблюдали, как пациенты, находясь в растерянности, переспрашивали, «где столовая», ходили за лечащим врачом, не отрываясь от него, заглядывали в глаза медперсоналу. У 15% больных этой группы игровой абстинентный синдром проявлялся выраженной астенией, гипостенией, что соответствует астено-депрессивному варианту игрового абстинентного синдрома. Они испытывали чувство «вымотанности, усталости, истощенности, опустошенности». Пациенты сутки и более проводили в постели в позе эмбриона. Сон был неглубокий, с частыми пробуждениями.

25% случаев наблюдался идеаторный вариант игрового абстинентного синдрома, который проявлялся преобладанием мыслей, представлений и фантазий на игровую тематику над аффективными и соматовегетативными расстройствами. Пациенты мысленно продолжали пребывать в игровом зале, анализировали свои проигрыши, мысленно пытались «переиграть», продолжали обдумывать «стратегические ходы», представляли себе картину выигрыша, своего триумфа. По мере купирования игрового абстинентного синдрома, на 3-4 день появлялось чувство вины за проигрыши, несдержанные обещания «не играть». Длительность игрового абстинентного синдрома в первой группе составила от 2 до 5 суток.

КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ПАТОЛОГИЧЕСКОГО ВЛЕЧЕНИЯ

При возникновении влечения к игре, все мысли больного направлены на игровую тематику, суждения однобоки, устремлены только на реализацию влечения, отсутствует борьба мотивов и критика к происходящему. Выраженная эмоциональная охваченность предстоящей игрой. Поведение полностью подчинено доминирующей в этот момент идее.

Для иллюстрации приводим высказывание пациента. «Просыпаясь утром, сразу же возникает ощущение, что сегодня выигрышный день. Дальнейшие события дня вспоминаются с трудом, однако четко помню, как взял казенные деньги на игру, саму игру. Помню, как выиграл 60 тысяч, после чего планировал поиграть на 10 тысяч, чтобы 50 принести домой. Вышел из игрового зала без копейки денег».

В структуре патологического влечения ведущим являлся идеаторный компонент, он в большинстве случаев выходил на передний план (33 человека – 82,5%). Это выражалось в преобладании мыслей об игре над другими мотивациями и интересами личности. Мысли об игре захватывали настолько, что возможные отрицательные последствия игры не принимались во внимание и, как бы, не существовали.

Идеаторные расстройства в первую очередь проявлялись стойкой верой в игровые «системы», в особый навык в игре, иллюзией контроля над выигрышем, в восприятии игры как способа зарабатывания денег, возможность вернуть долги, оптимизм относительно выигрыша. Подобные мысли полностью овладевали больным, вытесняя всё противоречащее доминирующей идеи. Борьба мотивов отсутствовала. Эти расстройства внешне выглядели психологически понятными и отличались от нормы лишь тем неадекватно большим местом, которое они занимали в психической жизни больного, что клинически соответствует определению сверхценных идей. Мы обозначили эти расстройства как идеаторные нарушения первого уровня.

Идеаторные расстройства, кроме того, включают в себя и так называемые «когнитивные ошибки», представляющие собой аргументы в пользу необходимости, целесообразности, оправданности процесса игры. Когнитивные ошибки – это расстройства мышления, характерные для всех без исключения психиатрических расстройств. Всем пациентам в той или иной степени присущи искажения реальности (Beck А.Т., 1976, 1989).

Мы расцениваем эти проявления, «как близкие к паранояльным, поскольку они являются ошибочными, не поддаются коррекции, возникают на болезненной основе, систематизированы, монотематичны, эмоционально заряжены и определяют поведение больного». Подобные проявления являются нарушениями мышления в структуре идеаторного компонента патологического влечения к игре, более глубокого, второго уровня. У больных первой группы наблюдались следующие идеаторные нарушения второго уровня:

  • Сверхобобщение. Проявляется в двух видах: а) происходит некое событие, и пациент приходит к заключению, что оно будет происходить снова и снова («если я выиграл один раз, то смогу выигрывать всегда», «вера в выигрышный день»); б) пациент оценивает себя, другого человека или мир по одной или нескольким характерным чертам («я ничто, если я не играю и не выигрываю»).
  • Произвольное умозаключение — это извлечение выводов при отсутствии подтверждающих данных или в явном противоречии с фактами. Например: «я могу повлиять на случайный ход событий во время игры», «я верю, в то, что обязательно должен наступить переломный момент в игре», «я проиграл потому, что был невнимателен». 3) Избирательное абстрагирование – вырывание событий из контекста, когда замечаются одни стороны события и игнорируются другие. Например: «я придумал очень удачный способ обмануть автомат», «я могу вернуть долги только с помощью повторной игры».
  • Преувеличение и преуменьшение – это противоположные оценки самого себя, ситуаций и событий. Проявляется, когда пациенты преувеличивают или преуменьшают сложность ситуации, одновременно преувеличивая или преуменьшая свои возможности с ней справиться. Например: «я убежден, что буду играть только на часть денег», «я выигрываю часто, просто не могу остановиться и уйти с деньгами, а играю дальше», «не будет денег и свободного времени, не буду играть».
  • Персонификация («очеловечивание») – это стремление относить к себе личностно нейтральные события. Например: «игровой автомат похож на меня».

Аффективные расстройства проявлялись сниженным настроением, сопровождающимся непродолжительными приступами тревоги. Проявления дисфории были минимальны. Выраженность дисфории высоко коррелировала с эпилептоидными и возбудимыми личностными особенностями, в меньшей степени с неустойчивыми и истерическими личностными особенностями. Отмечались нарушения сна, аппетита.

Поведенческие расстройства в структуре патологического влечения к игре в этой группе были наименее выражены и проявлялись с различной интенсивностью. Они выражались в проносе игральных карт в стационарное отделение, организации групповой игры с вовлечением других больных; заключении пари со ставками на телевизионные футбольные матчи; игре в компьютерные, карточные и другие игры; стремлении к заключению пари с больными и даже персоналом по любому поводу и др.

Перед засыпанием при закрытых глазах наблюдалось появление ярких «видений» вращающегося табло автомата.

Отмечены два варианта течения патологического влечения: постоянный и периодический.

При постоянном варианте патологическое влечение к игре носит непрерывный характер с незначительными колебаниями интенсивности клинических проявлений. У больных постоянно наличествуют мысли об игре и всё их поведение направлено на реализацию влечения. Интенсивность влечения несколько снижается лишь по окончании очередного игрового эксцесса и мало зависит от наличия или отсутствия денежных средств.

Периодический вариант патологического влечения характеризуется наличием четко очерченных «приступов» влечения с последующими периодами полного угасания клинических проявлений. Продолжительность «светлых промежутков» равно как и самих «приступов» индивидуально различна. Возникшее патологическое влечение может длиться от нескольких часов до многочасового «игрового запоя». Светлые промежутки могут составлять от 3-5 дней до 1,5-2-х месяцев.

На этапе становления ремиссии (до 6 месяцев после выписки из стационара) наблюдались аффективные расстройства: апатия, равнодушие, безучастность к окружающему и своему положению, бездумность. Мало что вызывало интерес и эмоциональный отклик. Пациенты не работали, жили уединенно, находились на содержании родственников, не тяготились этим или находили оправдания. Наблюдалась недостаточность аффективной откликаемости, бедность эмоциональных проявлений, безразличие, эгоизм, равнодушие. Имеющиеся долги не отдавались или гасились родственниками.

Начало актуализации патологического влечения к азартной игре манифестировало идеаторными расстройствами (убеждениями в необходимости, возможности отыграться, и т.д.). Затем появлялась и нарастала аффективная симптоматика с преобладанием тревоги, чувством душевного дискомфорта. Отмечалась гротескная потребность в симбиотических созависимых отношениях. Срывы и рецидивы игровой зависимости, как правило, были связаны с различными стрессовыми ситуациями (работа, семья, личные взаимоотношения, наличие и величина долгов и возможности их возврата). В этих случаях наблюдалась актуализация патологического влечения к игре.

В группе больных с игровой зависимостью без сочетанной и коморбидной патологии высока степень влияния эмоциональных проблем на повседневную жизнь. Это связано, с одной стороны, с эмоциональными проблемами в детстве: нарушение формирования эмоциональных связей, эмоциональная депривация в семье, семейная эмоциональная дисфункциональность. С другой стороны, с вторичными нарушениями в аффективной сфере и личностными изменениями (эмоциональная личностная деформация), обусловленными зависимостью от азартных игр.

Терапевтическая тактика

В структуре патологического влечения к игре у пациентов с зависимостью от азартных игр без сочетанной и коморбидной патологии преобладают идеаторные и аффективные расстройства. Наиболее эффективным подходом оказалась комбинация нейролептиков с антидепрессантами.

 

Посмотреть ещё:


Запишитесь на приём, заполнив форму


Запись на приём